Продолжаем знакомить читателей с крымскотатарской политикой и политиками. Начало информационного сериала здесь, продолжение здесь и здесь.

‍

Всемирный конгресс крымских татар — вторая по важности (после Курултая-Меджлиса) институция коренного народа Крыма. И если для перевыборов первой существуют объективные препятствия из-за оккупации, то конгресс теоретически должен был бы собираться регулярно.

Как структура, призванная объединить всё мировое крымство, он возник ещё при Украине. В Курултай и Меджлис могли избираться только граждане Украины, поэтому существовала потребность в структуре, где члены диаспоры (прежде всего с турецкими паспортами) получали бы равный голос с крымскими татарами полуострова.

Первый Конгресс собрался в 2009 году в Акмесджите, второй — уже после оккупации Крыма, в 2015-м в Анкаре. На обоих председателем избрали Рефата Чубарова. И уже 11 лет Конгресс не собирали, хотя по уставу он должен созываться каждые четыре года.

Второй Конгресс в Анкаре принял историческое решение — Qırımda yaşa — живи в Крыму. Этот принцип предполагает, что крымские татары, которые не сталкиваются с угрозой жизни или свободе, должны оставаться на полуострове и не способствовать оккупанту в его извечном стремлении изменить этническую карту Крыма.

Конгресс сформировал исполком, и до пандемии этот исполнительный орган часто собирался в Киеве, Геническе и Анкаре. COVID-19 перевёл заседания исполкома в онлайн, и с повестки дня исчез вопрос о проведении третьего конгресса, который по уставу должен был состояться ещё в 2019 году.

Организационной работой по проведению очередного конгресса по своей инициативе в 2017-м занялся заместитель председателя главы Меджлиса Ильми Умеров только что обмененный и переданный русскими в Украину. Но позже все на себя замкнул Чубаров вместе с турецкой диаспорой. По словам вице-президента конгресса, представителя турецкой диаспоры Намика Кемаля Баяра, работа ведётся уже два года, но есть проблемы с финансированием. Какой бюджет одного конгресса никто точно пока не говорит. 

В 2015 году выборы председателя проходили на альтернативной основе. Свою кандидатуру на пост президента выдвинул заместитель председателя Меджлиса Арслан Омер Кырымлы (старший брат руководителя Службы внешней разведки Украины Рустема Умерова), но проиграл Рефату Чубарову. Избрание председателя Меджлиса президентом конгресса до сих пор вызывает споры, поскольку согласно уставу представительного органа крымских татар председатель Меджлиса и его первый заместитель не могут занимать другие руководящие должности. Однако — как уже говорилось в предыдущих материалах о политических институтах крымцев — количество исключений давно достигло критической массы. Поэтому большинство решений принимаются в соответствии с крымскотатарскими политическими обычаями, а не с прописанными на бумаге нормами и регламентами.

Сейчас Рефат Чубаров руководит двумя крупнейшими и безальтернативными крымскотатарскими структурами, однако их жизнеспособность зависит от наличия ресурса. Такой ресурс сегодня способен обеспечить только лидер крымскотатарского народа Мустафа Джемилев, на звонки которого реагируют президенты, министры и олигархи в Украине и Турции.

Всей системой крымскотатарского самоуправления руководят из одного центра, но эта управляемость постепенно превращается в иллюзию. Нединамичные структуры теряют связь с народом, живущим в оккупации, с активной частью крымцев, которые не способны влиять на работу этих структур, и даже внутри зреет недовольство тех, кто считает собственную роль в работе национальных структур неоценимой и обвиняет аксакалов в желании сидеть в креслах пожизненно.